Восток - дело тонкое
Dec. 8th, 2012 02:03 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
experiment8orЭто кто тут хаял американское образование? Ах, это я хаяла американское образование. Отчаянно каюсь. Обещаю, больше не буду хаять. Буду петь дифирамбы.
Дело в том, что у меня завелся постдок. Он буквально свалился мне в руки, те. его привел мой друг, черный парень- гинеколог. Тут надо мальчика пристроить, будет тебе постдок. Взяла.
Мальчик приехал ко мне из беспокойной ближневосточной страны. Полностью упакованный мальчик. Американизированнный, современный, прекрасный английский, весь в айподах, айпэдах и макбуках. Здесь полно связей, друзей и родственников. Был уже в Америке много раз, папа богатый инженер-нефтяник, жили в Саудовской Аравии.
Мальчик закончил колледж и мед. университет на гинеколога. Его мама отпустила в Америку, потому что он будет жениться на хорошей девушке из ихнего племени, тоже на враче. Приехал сдавать экзамены в американскую резидентуру, а кантоваться годик-другой будет у меня.
Граждане, за что мне эта пытка! Ко мне приехал Митрофанушка Скотинин собственной персоной.
С утра до ночи слышу, какой он прекрасный студент и какие у него хорошие оценки, и какой он самый успешный. Но у меня же лаборатория, а в ней мальчик побывать не успел за восемь лет учения. Не входит в программу.
Он не умеет держать пипетку, не умеет взвешивать, не умеет пользоваться пэашметром, не знает, что такое буфер и что его надо готовить, не понимает, что пробирки с кровью кидают в специальный мусорный бак, не понимает, что нельзя стряхивать остатки крови из пипетки на пол, не закрывает бутылки с растворами, не ставит в холодильник антитела, опрокидывает стеклянные баночки с лекарствами и они разливаются. Все в крови, стол в крови, мешки с с коагулянтом в крови.
Он не убирает за собой пробирки с кровью, оставляет их на столе вонять и уходит.
И он не умеет делать разведения, не может рассчитать молярность и не понимает, как решить задачу: "у вас есть одномолярный раствор, сделайте 10 мл 0.1 молярного раствора". Все, что я слышу: "это легко, я это знаю, мы проходили это по аналитической химии шесть лет назад, но я забыл, как это делать, но это очень легко".
Я ему показываю, как и пишу задачки в тетрадки. "Ты добавляешь пять миллилитров в пятьсот миллилитров - во сколько раз ты разводишь раствор?" Полный ступор. Ни одного равенства он написать не может. Восемнадцать грамм или восемнадцать тысячных грамма - какая разница, это я не там поставил запятую, это очень легко решить.
Называет меня доктор - без имени. "Доктор, дай мне свою лекцию, как ты учишь студентов делать расчеты для разведения". "Дорогой, я не учу этому мед. студентов, это материал средней школы". Сконфузился, ушел.
"Слушай, ты же должен понимать расчеты лекарства на единицу массы". Отвечает: "Я врач, я это знать не должен, мне не нужно, на это анестезиологи есть и таблицы существуют".
Он не задает вопросов, только кивает на все головой "Да,доктор, да, доктор".
Руки из жопы, пипеткой капает мимо пробирки и не замечает. Где я делаю тридцать замеров, мы с ним вдвоем сделали пять, я буквально водила его рукой. Клетки давно сдохли, у нас заняло пять часов сделать то, что делается за два, из педагогических целей я мучаюсь с ним - добьем экперимент. Записать в протокол эксперимента не может, ни одного связного предложения не может, даже по образцу не может.
Граждане, у меня дорогие реагенты, я плачу за время на приборе, и тут это чудовище непрерывно рассказывет, какое оно хороший студент и как оно будет хорошим доктором. У меня очень скоропортящийся анализ, надо крутиться быстро, как пчела, делать все без единой ошибки. Как он будет работать, как?
Сегодня я пережила позорнейший час своей жизни. Мальчик делал доклад на нашем лабораторном собрании. Раз в неделю мы разбираем статью. Подобрала ему статью. Мальчик все уши прожужжал, как он хорошо умеет делать доклады и как его всегда в универитете профессор назначал делать доклады, потому что он лучше всех делает доклады. Я предлагала посмотреть его презентацию, но он не дал, а я не настаивала.
То, что он навалял - я даже не знаю, как это описать. О чем была статья , он, конечно не понял вообще. Но это полбеды. Понять, что на картинке нарисовано, он тоже не в силах. Хрен с ним. Осмыслить, что если две кривые лежат одна на другой, то они равны, - оставьте эти мелочи. Но есть же какие-то рамки реальности! Вот если бы мне дали статью на китайском языке без перевода, наверное, я бы справилась лучше.
Думаю, я не стала бы первой картинкой ставить пятую, второй - третью, а третьей - пятую картинку, но из совершенно другой статьи другого автора. Я бы аккуратно перенесла соответствующее обьяснение под каждую каринку, а не использовала бы один и тот же слайд как обьясненеие "что нам говорит это график" для пяти разных картинок. Я бы не вставляла десять картинок с интернета на десять слайдов и не проворачивала их в бешеном темпе с криком " а это к делу не относится". Я бы поставила введение в начале, а не в трех слайдах, распределенных по разным местам. Я бы не пускала слайды задом наперед. И уж я точно не говорила бы от первого лица "мы померили давление у мышей" вместо "авторы померили давление у мышей".
Я мечтала провалиться сквозь землю, когда мальчик стал выскакивать к доске и ритoрически вопрошать, тыкая в произвольный набор знаков: "а что мы видим на этой каринке, а? Кто может мне ответить?" И гробовое молчание было ему ответом.
Наш декан факультета и патриарх всего отнесся к этому филосософски и вежливо направлял дискуссию так, чтобы мы могли высказаться по вопросам, волнующим нас. На его лице читалось "не первый идиот и не последний, чего же нервы тратить? Будем взаимно вежливы".
У декана железная хватка и мягкие манеры. Если бы мальчик попал к нему, он бы на коленях ползал в слезах, вытирая каждую каплю крови. Но он мой, и я теперь хочу повеситься. Он полностью парализовал меня, потому что оставить его одного нельзя ни на минуту. Я не могу делать свою работу, у меня на руках словно грудной младенец.
У меня были разные студенты, на лето я беру девочек-младшекурсниц из черного университета, тоже не сахар. Но такой экстрим вижу впервые. И ведь это дипломированный врач, в его стране такие людей режут и роды принимают! И если это сливки, то каково же молоко?
"А зачем ты, услада моих очей, в Aмерику приехал?"
"А в Америке лучше учат, там у нас не учат ни фига, потому что выживает сильнейший: хочешь - учись, не хочешь - не учись. Страна маленькая, зачем конкурентов себе выращивать?"
Далее мальчик поведал мне историю своего малого народа, в которой повоторялось одна фраза: "и тогда их всех убили".
В Америке ему не нравится: "Сколько дурацких правил! зачем эти правила? Почему я не могу больных трогать? У себя я кого хочу, того и трогаю. Я операции сам делал, я первым ассистентом был! ( представила себе этого неуклюжего невежду у операционного стола). Да и больные вообще не знают, кто перед ними - врач или студент, надел белый халат и по палатам пошел, обучаешься сам по себе."
" В моей стране - все люди как на веревочке. Только можно веревочку очень затянуть, а можно и сильно ослабить. Мнe так больше нравится".
"Почему ты думаешь, - говорю, - что ты всегда будешь дергать веревочку? А вдруг кто-то будет дергать тебя?"
Чувствую, злость во мне булькает. Хотя коллега меня утешает: он только что приехал, с самолета слез, подумаешь, не дурак же он, обтешется.
И то. Если вспомнить, какими дремучими дикарями без айподов и айпейдов мы приехали сюда, как поначалу тоже были чурбанами без рук, без ног, да еще и глухонемыми, без знакомых, без родственников, без связей, без денег, без языка, без малейшего понятия, зачем мы здесь и что мы здесь будем делать - и ничего, выжили.
Так что Америка и не таких обтесывала.
Ждите апдейтов из нашей жзини, обещаю отслеживать эволюцию и не хаять американскую систему образования.
Дело в том, что у меня завелся постдок. Он буквально свалился мне в руки, те. его привел мой друг, черный парень- гинеколог. Тут надо мальчика пристроить, будет тебе постдок. Взяла.
Мальчик приехал ко мне из беспокойной ближневосточной страны. Полностью упакованный мальчик. Американизированнный, современный, прекрасный английский, весь в айподах, айпэдах и макбуках. Здесь полно связей, друзей и родственников. Был уже в Америке много раз, папа богатый инженер-нефтяник, жили в Саудовской Аравии.
Мальчик закончил колледж и мед. университет на гинеколога. Его мама отпустила в Америку, потому что он будет жениться на хорошей девушке из ихнего племени, тоже на враче. Приехал сдавать экзамены в американскую резидентуру, а кантоваться годик-другой будет у меня.
Граждане, за что мне эта пытка! Ко мне приехал Митрофанушка Скотинин собственной персоной.
С утра до ночи слышу, какой он прекрасный студент и какие у него хорошие оценки, и какой он самый успешный. Но у меня же лаборатория, а в ней мальчик побывать не успел за восемь лет учения. Не входит в программу.
Он не умеет держать пипетку, не умеет взвешивать, не умеет пользоваться пэашметром, не знает, что такое буфер и что его надо готовить, не понимает, что пробирки с кровью кидают в специальный мусорный бак, не понимает, что нельзя стряхивать остатки крови из пипетки на пол, не закрывает бутылки с растворами, не ставит в холодильник антитела, опрокидывает стеклянные баночки с лекарствами и они разливаются. Все в крови, стол в крови, мешки с с коагулянтом в крови.
Он не убирает за собой пробирки с кровью, оставляет их на столе вонять и уходит.
И он не умеет делать разведения, не может рассчитать молярность и не понимает, как решить задачу: "у вас есть одномолярный раствор, сделайте 10 мл 0.1 молярного раствора". Все, что я слышу: "это легко, я это знаю, мы проходили это по аналитической химии шесть лет назад, но я забыл, как это делать, но это очень легко".
Я ему показываю, как и пишу задачки в тетрадки. "Ты добавляешь пять миллилитров в пятьсот миллилитров - во сколько раз ты разводишь раствор?" Полный ступор. Ни одного равенства он написать не может. Восемнадцать грамм или восемнадцать тысячных грамма - какая разница, это я не там поставил запятую, это очень легко решить.
Называет меня доктор - без имени. "Доктор, дай мне свою лекцию, как ты учишь студентов делать расчеты для разведения". "Дорогой, я не учу этому мед. студентов, это материал средней школы". Сконфузился, ушел.
"Слушай, ты же должен понимать расчеты лекарства на единицу массы". Отвечает: "Я врач, я это знать не должен, мне не нужно, на это анестезиологи есть и таблицы существуют".
Он не задает вопросов, только кивает на все головой "Да,доктор, да, доктор".
Руки из жопы, пипеткой капает мимо пробирки и не замечает. Где я делаю тридцать замеров, мы с ним вдвоем сделали пять, я буквально водила его рукой. Клетки давно сдохли, у нас заняло пять часов сделать то, что делается за два, из педагогических целей я мучаюсь с ним - добьем экперимент. Записать в протокол эксперимента не может, ни одного связного предложения не может, даже по образцу не может.
Граждане, у меня дорогие реагенты, я плачу за время на приборе, и тут это чудовище непрерывно рассказывет, какое оно хороший студент и как оно будет хорошим доктором. У меня очень скоропортящийся анализ, надо крутиться быстро, как пчела, делать все без единой ошибки. Как он будет работать, как?
Сегодня я пережила позорнейший час своей жизни. Мальчик делал доклад на нашем лабораторном собрании. Раз в неделю мы разбираем статью. Подобрала ему статью. Мальчик все уши прожужжал, как он хорошо умеет делать доклады и как его всегда в универитете профессор назначал делать доклады, потому что он лучше всех делает доклады. Я предлагала посмотреть его презентацию, но он не дал, а я не настаивала.
То, что он навалял - я даже не знаю, как это описать. О чем была статья , он, конечно не понял вообще. Но это полбеды. Понять, что на картинке нарисовано, он тоже не в силах. Хрен с ним. Осмыслить, что если две кривые лежат одна на другой, то они равны, - оставьте эти мелочи. Но есть же какие-то рамки реальности! Вот если бы мне дали статью на китайском языке без перевода, наверное, я бы справилась лучше.
Думаю, я не стала бы первой картинкой ставить пятую, второй - третью, а третьей - пятую картинку, но из совершенно другой статьи другого автора. Я бы аккуратно перенесла соответствующее обьяснение под каждую каринку, а не использовала бы один и тот же слайд как обьясненеие "что нам говорит это график" для пяти разных картинок. Я бы не вставляла десять картинок с интернета на десять слайдов и не проворачивала их в бешеном темпе с криком " а это к делу не относится". Я бы поставила введение в начале, а не в трех слайдах, распределенных по разным местам. Я бы не пускала слайды задом наперед. И уж я точно не говорила бы от первого лица "мы померили давление у мышей" вместо "авторы померили давление у мышей".
Я мечтала провалиться сквозь землю, когда мальчик стал выскакивать к доске и ритoрически вопрошать, тыкая в произвольный набор знаков: "а что мы видим на этой каринке, а? Кто может мне ответить?" И гробовое молчание было ему ответом.
Наш декан факультета и патриарх всего отнесся к этому филосософски и вежливо направлял дискуссию так, чтобы мы могли высказаться по вопросам, волнующим нас. На его лице читалось "не первый идиот и не последний, чего же нервы тратить? Будем взаимно вежливы".
У декана железная хватка и мягкие манеры. Если бы мальчик попал к нему, он бы на коленях ползал в слезах, вытирая каждую каплю крови. Но он мой, и я теперь хочу повеситься. Он полностью парализовал меня, потому что оставить его одного нельзя ни на минуту. Я не могу делать свою работу, у меня на руках словно грудной младенец.
У меня были разные студенты, на лето я беру девочек-младшекурсниц из черного университета, тоже не сахар. Но такой экстрим вижу впервые. И ведь это дипломированный врач, в его стране такие людей режут и роды принимают! И если это сливки, то каково же молоко?
"А зачем ты, услада моих очей, в Aмерику приехал?"
"А в Америке лучше учат, там у нас не учат ни фига, потому что выживает сильнейший: хочешь - учись, не хочешь - не учись. Страна маленькая, зачем конкурентов себе выращивать?"
Далее мальчик поведал мне историю своего малого народа, в которой повоторялось одна фраза: "и тогда их всех убили".
В Америке ему не нравится: "Сколько дурацких правил! зачем эти правила? Почему я не могу больных трогать? У себя я кого хочу, того и трогаю. Я операции сам делал, я первым ассистентом был! ( представила себе этого неуклюжего невежду у операционного стола). Да и больные вообще не знают, кто перед ними - врач или студент, надел белый халат и по палатам пошел, обучаешься сам по себе."
" В моей стране - все люди как на веревочке. Только можно веревочку очень затянуть, а можно и сильно ослабить. Мнe так больше нравится".
"Почему ты думаешь, - говорю, - что ты всегда будешь дергать веревочку? А вдруг кто-то будет дергать тебя?"
Чувствую, злость во мне булькает. Хотя коллега меня утешает: он только что приехал, с самолета слез, подумаешь, не дурак же он, обтешется.
И то. Если вспомнить, какими дремучими дикарями без айподов и айпейдов мы приехали сюда, как поначалу тоже были чурбанами без рук, без ног, да еще и глухонемыми, без знакомых, без родственников, без связей, без денег, без языка, без малейшего понятия, зачем мы здесь и что мы здесь будем делать - и ничего, выжили.
Так что Америка и не таких обтесывала.
Ждите апдейтов из нашей жзини, обещаю отслеживать эволюцию и не хаять американскую систему образования.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-12-09 03:06 am (UTC)У меня не просто порбирочки, а лаборатория, в которой он должен был бывать в процесс обучения, но никогда не был. Если это самодовольное дитя природы, упаси бог, пойдет дальше по окончании резидентуры, ему предстоит год самостоятельных лабораторных исследований на докторском уровне. Представляете себе подарочек?
no subject
Date: 2012-12-09 10:26 am (UTC)no subject
Date: 2012-12-10 04:05 am (UTC)во-вторых, мне плевать, что нужно ему. Он приехал работать ко мне,и должен делать, что нужно по работе.
Если честно, идти на работу не хочется, вот как меня достал
no subject
Date: 2012-12-10 10:33 pm (UTC)Пригрозить расторжением контракта?
no subject
Date: 2012-12-11 03:02 am (UTC)придется наставлять на путь истинный