Субботний поход по магазинам

[experiment8or]

В Kостко по выходным дают попробовать образцы продуктов. Пробы раздает очень старая, наверное, девяностолетняя старуха.  Скрюченными пальцами набирает в стакачик индийскую лапшу. Я беру.Старуха заводит песнь "лапша натуральная, без искусственных вкусовых добавок, без консервантов, пониженное содержание натрия.." - оглядывает меня подслеповатыми глазками и припечатывает, - " и кошерная.."

В Костко же большая толпа страшных, очень толстых мусульманских баб в черных хламидах, некоторые в полной парандже. Черные тряпки демонически развеваются.  Таких только на хелоувин показывать ночью, но не детям - они описаются от страха. За ними самая короткая очередь на кассу, и я занимаю. С изумлением вижу родные черные физиономии и слышу самый наш глубинный, самый южный эбониксовский булькающий ор, вульгарнейшие интонации, и про то как кого-то дисреспектили и чей-то бэби дэдди. Вот на кой фиг им паранджа?

В нашем продуктовом ко мне бросается плачущий Ларри-кассир, большой, нелепый, очень добрый, умственно отсталый еврейский мужчина. " Моя мама умерла на прошлой неделе!" Когда-то Ларри и его мать были нашими соседями.  Его маме девяносто два года, она была в глубоком альцгеймере и находилась в богадельне в одно время с моей мамой. Ее другие дети выросли, а бедный Ларри не подрос никогда. Он всю жизнь любил только маму и проводил с ней каждую минуту вне работы. Он был идеальным еврейским сыном. Бедный, бедный беспомощный одинокий ребенок шестидесяти двух лет!

"Двести дней в богадельне", - плачет Ларри, - "я не пропустил ни одного дня". "Ты хороший сын Ларри" - "Ты тоже хорошая дочь".  "Я буду ходить в синагогу к миньяну каждый день, утром и вечером, потому что моя сестра не может, а я могу, меня отпустят с работы. Одиннадцать месяцев я буду читать молитву по моей маме".

Вот горе так горе. Мама была весь его мир. Как он будет сам по себе один? Кого он будет любить? Кто будет любить его?

Comments

[tandem-bike.livejournal.com]

ffu.