experiment8or | Париж Часть 7. Место действия

За две недели в Париже мы успели в основном осмотреть все значимые места. Как мы их выбирали? Мы ходили по майке. Когда-то подруга привезла в подарок парижскую майку, а на ней в квадратиках все главные достопримечательности. Вот мы и отмечали квадратики.

Сейчас буду говорить избитые истины. Париж - это эпицентр Европы. Влияние французской культуры всепроникающе. Это каркас, основание и цемент современной западной цивилизации. Это ее ствол и корень.

Наши ценности, наши убеждения, как мы думаем, во что верим, во что одеваемся, что едим, что читаем, что считаем красивым, как относимся к своим и к чужим, - наша этика и эстетика выросла на французской почве. Идеи, родившиеся во Франции, сейчас правят миром. Девиз "Либерте, эгалите, фратерните" выбит на многих старинных фронтонах. Германия тоже породила мощнейшую культуру, но эта культура для внутреннего употребления, а Франция - для всего мира.

Блеск, мощь и слава европейской цивилизации - в Париже.

Aмериканская статуя свободы - тоже француженка, и она стоит себе в Люксембургском саду, такая маленькая, домашних размеров.

Я согласна со старой мыслью, что террористы атакуют Париж, потому что создать равноценное великой культуре их дикая культура не в силах, а где ты не можешь создать, ты должен разрушить.

Во Франции все подлинное. Там не было фашизма, коммунизма, социализма, бомбежек, Стены. Францию сдали без боя, и несчастные еврейские жизни заплатили за то, чтобы мы сегодня могли это чудо видеть.

Как стояли бани третьего века, так и стоят. Где с одиннадцатого века был собор - там и есть собор, перестроенный, но подлинный. Крепостная стена как была, так и есть. Семнадцатый век вообще, считай, новодел. Мой нежно любимый Мюнхен восстановлен из щебня, все было разбито в пыль, и средневековые улочки совсем не средневековые. Они часто не старше моего американского дома. Две башни мюнхенской фрауенкирхе уцелели потому, что они служили хорошим ориентиром для английских бомбардировщиков.

Париж, который стоит там где и стоял, генерирует культурное силовое поле невиданной концентрированности. В Германии оно разреженное, а в Париже мне казалось, что я проволока внутри электромагнита. Париж исключительно плотно набит памятью великих людей, от короля Хлодвига до Иосифа Бродского. Каждый не то что дом - каждый этаж или квартира является историческим местом.

Bсе в основном уцелело, несмотря на то, что французы пролили реки своей и чужой крови в восемнадцатом-девятнадцатом веке и в революционном порыве тоже многое сокрушили. Французская живопись этого периода очень отражает кровопролитие, и в музеях на эту тему есть множество картин.

По-моему, французы устали от массовых революций и больше их не хотят. Они хотят жить со вкусом, а не биться на баррикадах. Судя по картинке в телевизоре, в Париже ужас что делается, город в огне и вообще куда мы едем. На самом деле революция - это развлечение для узкого круга любителей.

Да, забастовка транспорта была, при том что метро четко ходило через каждые две минуты, но пригородные поезда увеличили интервал движения. Подвоз горючего был блокирован, но машин на улицах все равно полно, Юбер работал, и подруга развозила нас на машине. Была забастовка пригородных поездов, что привело к жутким пробкам в Париже, когда все поехали в город на своих машинах (а мы в это время поехали в аэропорт и застряли).

Да, есть революционные выступления, но они происходят в определенных для этого местах. В мусульманских раёнах жгут машины, на пляс Републик бывают драки с полиций, а у колонны Бастилии - демонстрации, тоже с полицией. Мы видели в метро этих революционеров. Mолодые ребята интеллигентного вида, жутко довольные собой, с пластиковыми щитами из лобового стекла мотоцикла. С утра пошел в университет, вечером поучаствовал в революции, потом сел в метро, поехал в кафе.

Париж весь в головокружительном движении, круговерть во всех направлениях - и островки порядка в хаосе. Был такой старый фильм "Фавориты луны", он хорошо передает непрестанное текучее движение Парижа в трех измерениях. Парижанин движется, даже когда сидит. В Париже широкие тротуары, и те, кто сидит в три ряда в кафе, не мешают тем, кто идет по улице, а их обогоняют велоспедисты, а тех - мотоциклисты, которые лавируют между машинами, а над автомобилями плывут экскурсионные автобусы, а поперек движения идут пешеходы, и все это единый движущийся конгломерат.

Bсе участники движения спокойны и решительны, никто не сигналит, не орет, руками не машет, любой передвигающийся умеет влезть в малейшую щель, храня полное хладнокровие в траспортной кутерьме.

Мне показалось, что ритм города чем-то напоминает околоперестроечную Москву. Но люди очень спокойные и доброжелательные, хотя конечно, никто не улыбается, как в америке. В метро мне часто уступали места, особенно черные и мусульмане.

В первый свой день мы ехали из аэропорта на пригородном поезде в жутчайшей давке. Была забастовка, а люди из пригородов утром ехали на работу. Такой давки я не помню со времен часа пик на станции метро Комсомольская, когда одновременно прибывали калининская и рязанская электрички. Мы со своими кошмарными чемоданами сильно ухудшали ситуацию в спрессованом вагоне - настоящий американец задохнулся бы от ужаса, лишенный личного пространства. Но люди были очень славные, нам помогли выдраться из толпы и даже вынесли чемоданы. Я сразу поняла, что французский подход к жизни мне понравится.

Продолжение следует