experiment8or | Самый быстрый самолет

Там, где мы сейчас живем, очень красивая природа и теплый климат, как раз для гуляния на свежем воздухе. Почти каждое воскресенье мы ходим в ботанический сад смотреть на растения. Сад каждый раз разный, сегодня цветет то, завтра - это, но всегда обязательно что-то в цвету. Ходи, дыши воздухом, восторгайся пейзажем и щелкай фотоаппаратом.

Но есть в райском саду одно неожиданное развлечение. Если залезть на специальную горку, то откроется вид на местный аэропорт. Там стоят лавочки и транслируются разговоры авиадиспетчеров с контрольной вышки. На лавочке можно наблюдать за движением самолетов. Как жители глухого железнодорожного полустанка выходят к проходящему поезду, так мы встречаем и провожаем самолеты.

В основном летное поле пусто. Хотя наш аэропорт носит гордое звание интернационального, чаще всего прилетают-улетают жалкие кукурузники сельхозавиации и частные двухмоторчики. Мы сидим на лавочке на холме и караулим, когда же прилетит большая рыба, потому что самолет - рыба, а не птица. Редко, но можно увидеть гигантский яркий сине-красный хвост Сауфвеста, плывущий над садом, или такой же красный графический хвост Дельты. Но это редкость, потому что большие самолеты к нам не прилетают. Средние и мелкие самолетики, челноки, собирающие пассажиров - основные воздушные извозчики нашего аэропорта. Они летают нечасто, надо терпеливо сидеть на лавочке и дожидаться, чтобы тебе повезло увидеть гипнотический момент прилета или отлета.

Мы сидим на горке и гадаем: ЮЭс Эйр полетел, куда? Вон бывший Континентал, должно быть, летит в Нью-Арк. А Дельта летит в Атланту, потому что куда же еще Дельте лететь? Момент отлета самый волнующий, и можно угадать на спор, с какой полосы самолет будет взлетать в зависимости от направления ветра.

Когда самолетик разгоняется, старешься точно уловить тот самый момент, когда отрывется от бетона верхнее колесико, а потом два задних, но миг начала полета ускользает от моего взгляда всегда. Самолет непостижимым образом оказывается над землей, выпустив аккуратные колесики, обутые в лапоточки, потом они втягиваются, самолет разворачивается над морем и плывет на солнце, на юг, в Атланту, как и следует Дельте.

Между садом и аэропротом существует противостояние, как и положено миру живого и миру железного. Иногда ароматы цветения и плеск воды перекрываются керосиновой вонью и ревом двигателей. Однажды самолет столкнулся с орлом, который поймал в пруду рыбу и ел ее прямо на взлетной полосе. Семью орла пришлось выселить, а гнездо спилить. Недавно аэропорт конфисковал у города причал для ловли рыбы, там был небольшой тенистый парк, мостки и лодочный пирс. Но аэропорт решил, что мостки слишком близко к взлетно-посадочной полосе, и в случае аварии самолет вьедет носом прямо в этот пирс. В нашем городе, слава богу, отордясь не бывало никаких аварий, но рыболовный причал закрыли, обнесли забором - рыбачьте в другом месте.

Mы любим забираться на горку и провожать самолеты. Мы уже знаем диспетчеров по голосу, особенно одну из диспетчеров - женщину. Когда самолет отрывается от бетонки, мы машем. Не знаю, видят ли нас пассажиры, но надеюсь, что видят и машут в ответ.

Когда самолет восходит в воздух и растворяется в пространстве, наступает тишина и пустота. Мы спускаемся с горки, садимся в машину, едем через лес по пустой дороге, вьезжаем в город и выходим на хайвей. Мне совсем не хочется выходить из потока машин, а лучше бы лететь и лететь вперед, через залив, в ночь, пока в иллюминаторе не заблещут незнакомые огни других городов.